Фонды Гюлена ― Опыт Соседей
Активен ✓ ПроверенВ декабре 2002 года ФСБ России отчиталась, что пресекла деятельность религиозной секты «Нурджулар», члены которой занимались шпионажем. Тогда на встрече с руководителями ведущих российских СМИ директор ФСБ Николай Патрушев заявил, что турецкая религиозно-националистическая секта действовала в России через созданные ею фонды и коммерческие фирмы и «решала широкий спектр задач в интересах разведки». Так, по его словам, «осуществлялся сбор информации о происходящих на Северном Кавказе процессах, велась пантюркистская и панисламистская обработка российской молодежи, изучались кандидаты на вербовку в целях формирования протурецкого лобби в местных властных структурах, проникновения в правоохранительные органы и общественные объединения».
По данным ФСБ, функционеры этой секты осуществляли тесные контакты с представителями действующих в Турции организаций, оказывающих помощь бандформированиям в Чечне, в том числе фонда «Кавказ». Только в 2002 году органами безопасности была пресечена деятельность более 50 функционеров секты «Нурджулар», которые действовали в Башкирии, Дагестане и Карачаево-Черкессии.
Патрушев утверждал, что «Нурджулар» действовал в России через созданные ею фирмы «Серхат», «Эфляк», фонды «Торос», «Толеранс» и «Уфук».
В 2002-2004 годах из России были выдворены около 20 граждан Турции, которые, как утверждали российские спецслужбы, были связаны с «Нурджулар».
В августе 2005 года УФСБ по республике Татарстан заявило о ликвидации ячейки турецкой экстремистской организации «Нурджулар». В квартирах сторонников этой организации сотрудниками ФСБ, МВД и прокуратуры республики изъяли литературу радикального толка. Главным идеологом секты в Татарстане был назван гражданин Турции Аджар Тахсин, которого выдворили из России как незаконного мигранта.
В марте 2005 года в Татарстане в отношении организации «Нурджулар» было возбуждено уголовное дело по ст. 282, ч.2 УК РФ (возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства). В 2006-ом его расследование было приостановлено в связи с «неустановлением лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемых». Вскоре прокуратура Татарстана обратилась в Коптевский районный суд г. Москвы с заявлением о признании книг Саида Нурси экстремистской литературой. И уголовное преследование «Нурджулара» вышло на новый виток, поскольку появилась возможность привлекать к уголовной ответственности за распространение идей Нурси, его книг и т.п.
Основной удар пришелся на учебные заведения, учрежденные российско-турецкими фондами и коммерческими организациями, которые ФСБ считала связанными с «Нурджулар». По данным ФСБ, фонд «Торос» и фирма «Эфляк» действовали на Северном Кавказе, в Поволжье ― фирма «Серхат», в Хакасии и Бурятии ― фонд «Уфук», фонд «Толеранс» ― в Поволжье, Москве, Минске, Санкт-Петербурге.
Фонд «Уфук» был зарегистрирован в середине 90-х в Улан-Удэ, имел филиал в Иркутске. В 1996 году «Уфук» открыл при ИГУ курсы турецкого языка, издавал журнал. В Бурятии фонд открыл бурятско-турецкий лицей для мальчиков. Первый руководитель фонда Боджа Тарык впоследствии возглавил подобный лицей в Карачаево-Черкесии.
В начале 2003 года проверки Минобразования РФ прошли в бурятско-турецком лицее в Улан-Удэ. «Уфук» также учредил Хакасско-турецкий лицей в Абакане, работавший с 1994 года. Но в 2003 году лицей не продлили лицензию в Минобразовании.
В 2007 году объектами проверок Минобразования и прокуратуры стали татаро-турецкие лицеи. Каждое из ведомств нашло какие-нибудь нарушения, от формального несоответствия общепринятой в РФ школьной программе до идеологической обработки детей идеями пантюркизма и пр. Прокуратура Татарстана посчитала, что лицеи нарушили порядок найма на работу иностранцев, то есть преподавателей из Турции. Лицеи были оштрафованы на 250 тыс. руб. за каждого преподавателя.
В результате 44 турецких преподавателя по требованию прокуратуры Татарстана покинули Россию.
Справка:
Фетхуллах Гюлен основал около 500 школ, лицеев и др. образовательных учреждений в мире, а также различные фонды. Движение открывает школы не только в Турции, но и в странах Центральной Азии, России, на Балканах, в Монголии, Бангладеш и в некоторых западных странах. Преподавание в таких школах не ограничено исламом, поскольку идеей Гюлена является воспитание элиты. В школах обучают детей разного вероисповедания.
Узбекистан в 1999 году закрыл почти все турецкие образовательные учреждения, а в 2008 ― аннулировал все соглашения с Турцией в сфере образования. В Таджикистане все таджикско-турецкие лицеи-интернаты в 2015 году были преобразованы в государственные, тогда же было признано недействительным соглашение от 1994 года, служившее правовым основанием создания совместных лицеев-интернатов в Таджикистане. В Туркменистане с 2011 по 2014 годы были закрыты все турецкие школы.
Кыргызстан начал сотрудничать с Турцией в образовательной сфере с 1992 года, когда было подписано соглашение о сотрудничестве с ассоциацией «Себат». На его основании в Кыргызстане действовала сеть турецких учебных заведений, в которую входили 16 лицеев, 2 международные школы и международный университет «Ататюрк ― Ала-Тоо». Обучалось в них около 12 тыс. человек.
В 2017 году «Себат» было переименовано в «Сапат». Между Кыргызстаном и Турцией было заключено новое соглашение о сотрудничестве, а учредителем МОУ «Сапат» стало Министерство образования КР. При этом Кыргызстану было передано 35% доли МОУ «Сапат».
В связи с давлением на группу учебных заведений «Сапат» многие выпускники стали скрывать информацию о своем обучении в вышеуказанных учебных заведениях.
Отношения между Кыргызстаном и Турцией заметно охладели после 2016 года. Основанием послужило требование министра иностранных дел Турции Мевлюта Чавушоглу к руководству Кыргызстана «разобраться с бандой Гюлена». В интервью телеканалу Haber Turk 25 июля 2016-го он пояснил, что гюленовцы, выбрав Кыргызстан своей базой в Центральной Азии, могут устроить переворот и в нем. В случае если в Кыргызстане не прислушаются к данному заявлению, то «изменится наше отношение» и к Бишкеку. Основным требованием было закрытие школ МОУ «Себат», так как, по мнению турецкой стороны, они были основаны последователями Фетхуллаха Гюлена. Однако руководством Кыргызстана данное заявление было расценено как вмешательство во внутренние дела республики. Президент Атамбаев высказал несогласие в удовлетворении данного требования, а в дальнейшем объявил, что школы «Себат» не будут закрываться, но будут переименованы в «Сапат».
В противовес «гюленовским» школам Турцией в 2016 году был создан фонд «Маариф». В своем интервью Daily Sabah от 29 июля 2018 года председатель правления фонда Бирол Акгюн озвучил данные об установлении контроля над 60% «не западных» школ FETO.
Очередной виток напряженности между Кыргызстаном и Турцией возник в 2018 году, когда посол Турции объявил, что скоро заведения МОУ «Сапат» перейдут под контроль фонда «Маариф», так как они были построены на деньги турецких налогоплательщиков. Послу Турции в МИД Кыргызстана было сделано замечание по поводу его высказываний и выражена просьба «придерживаться только объективной информации».
Справка:
В 2011 году в Турции вышла книга отставного сотрудника турецкой разведки Османа Нури Гюндеша «Свидетель анархии и революций». Гюндеш, который был советником по вопросам разведки при турецком правительстве, в своем труде разоблачал деятельность течения «Нурджулар» с центральным офисом в американским штате Пенсильвания. Он рассказал, что в 1990-е годы движение активно предоставляло «крышу» ЦРУ в странах Центральной Азии, а в лицеях «Нурджулара» только на территории Кыргызстана и Узбекистана работали под прикрытием 130 сотрудников ЦРУ. Внешне эти люди воспринимались как преподаватели, на самом деле они якобы работали под руководством американских спецслужб, числились «преподавателями английского языка и при этом обладали дипломатическими паспортами».
Тогда же некоторые эксперты отмечали, что школы Фетхуллаха Гюлена, лидера движения, были частью проекта «Большого Ближнего Востока». Его цель ― установить контроль над ресурсами через внедрение умеренных исламских режимов, лояльных Западу.
В 2020 году между Министерством образования и науки Кыргызской Республики и турецким фондом «Маариф» состоялось подписание соглашения по открытию и функционированию частных образовательных учреждений в КР.
Эксперты считают, что идеей движения Гюлена было применение принципа «мягкой силы» для исламизации Турции. На протяжении всей своей жизни Гюлен, будучи истинно верующим мусульманином, был против развития страны в сторону светскости и разрушения исламских институтов. Но он понимал, что невозможно привлечь людей только исламскими идеями. Необходимо еще что-то, что могло бы повлиять на нацию в целом ― и на тот момент, и в перспективе. Одной из таких концепций явился пантюркизм и образ Великой Турции.
Политологи называют идеи пантюркизма большой ценностью в политтехнологическом смысле, так как они недостижимы не только в ближайшие десятилетия, но и способны бесконечно долго оставаться целью в глазах общества.
Другой идеей, также явившейся одной из основ мировоззрения и взглядов Гюлена, стало сотрудничество с США и Европой, признание им демократии и западных ценностей, достижений современной науки. Этой позиции он твердо придерживался долгие годы, что обеспечило ему и его структурам должную поддержку в западном мире.
Одним из достоинств Фетхуллаха Гюлена, помимо его красноречия и уникальных организаторских способностей, можно называть стратегичность мышления, когда шаги просчитаны на десятилетия вперед. Оценивая перспективу дальнейшего развития Турции, Гюлен обратил свое внимание на молодежь и образовательную сферу.
Сегодняшние дети, получив хорошее, качественное образование, станут в будущем политиками, учеными, чиновниками. Они способны проникнуть во все области государства и общества. Они, собственно, и есть будущее государство, будущее Турции. Объединенные одной целью, мыслящие в одном направлении, они станут единой силой.
Многие эксперты считают, что целью Фетхуллаха Гюлена в сфере образования было создание нового поколения. С 1975–76 годов Гюлен стал применять внутри своей организации термин «золотое поколение». Это поколение должно быть религиозным, трудолюбивым и хорошо образованным, с сильным чувством солидарности и высокой дисциплинированностью. Целью взращивания «золотого поколения» являлось воспитание руководящей элиты в духе мусульманской традиции. По мнению некоторых турецких аналитиков, посредством них Гюлен намеревался прийти к власти в Турции.
Но для этого надо было совместить качественное светское образование и ислам, и не только в теории, но и на практике.
Справка:
«Мы приглашаем наших друзей, занимающих высокие посты в законодательной ветви власти и государственных учреждениях, овладеть навыками управления, чтобы они могли, когда придет время, реформировать турецкое государство и сделать его более плодотворным на всех его уровнях во имя ислама. Мы должны быть терпеливыми и ждать подходящего момента и возможности. Вы должны ждать до тех пор, пока вы не получите всю государственную власть, пока вы не привлечете на свою сторону всю власть конституционных институтов в Турции. До этого момента было бы слишком рано предпринимать какие-либо шаги», ― и фрагмента проповеди Фетхуллаха Гюлена перед его последователями, показанного турецким телеканалом АТВ в 1999 году.
Гюлен объединил светское образование и ислам в своеобразной форме, а именно: светское образование в исламской среде. Помимо этого, изучив педагогический опыт Турции и других стран (иезуитские колледжи, религиозное наставничество и др.), он выявил ценность интернатуры для большего влияния на обучаемых, в том числе и достижения ими больших успехов в учебе.
Ученики, будучи вырванными из привычной среды, более открыты новым идеям и убеждениям, на них меньше влияют ценности, принятые в их семьях. Пробовались разные формы и методы обучения, управления учебным процессом. Полученный опыт анализировался, и в результате появился такой феномен, как «гюленовские» школы.
С середины 80-х годов пошел активный процесс открытия «гюленовских» школ и колледжей в Турции, с каждым годом охватывающий все большее количество учащихся на всех уровнях, от начального до высшего. Если в 80–90-е годы в Турции было открыто порядка 20–30 «гюленовских» школ, то к концу 2000-х их количество насчитывалось уже тысячами.
Следующим этапом в развитии «гюленовских» школ был выход на международную арену. В начале 1990-х, прежде всего на постсоветском пространстве (Кавказ, Центральная Азия), при поддержке турецкого правительства были открыты первые зарубежные школы в различных формах. Позднее они были созданы на Ближнем Востоке и Балканах.
По мнению турецких властей и некоторых экспертов, «гюленовские» школы одновременно решают ряд задач:
1) устанавливается связь с обществом и формируется имидж «добропорядочной организации»;
2) вербовка молодежи;
3) формирование и постоянное обновление «структуры, преданной гюленовским идеям»;
4) создание важного источника финансирования.
Многие источники, в том числе и турецкие власти, считали, что все школы в той или иной степени находились под патронажем Гюлена, но прямых доказательств этому не было. Сам Фетхуллах Гюлен всячески дистанцировался от них.
«Я небольшой, простой проповедник. И просто призывал людей к открытию школ. А для школ необходимо финансирование, и у меня не было в этом плане таких знакомых… Я всего лишь поощряю этот проект и не знаком с владельцами школ», ― говорил он.
Все эти школы имеют разных собственников. В Турции и в других странах они существовали под разными названиями, каждая школа или группа школ полностью автономна.
В июле 2017 года Газета Yeni Şafak English опубликовала аналитическую статью Айдына Юнала под названием «FETÖ threat in Kazakhstan» — «Опасность Гюленистской террористической организации в Казахстане». В ней говорилось:
«Казахстан является девятой крупнейшей по площади страной в мире. Гигантская территория, протянувшаяся от Китая до Каспийского моря, содержит множество наземных и подземных богатств, ожидающих открытия и освоения. Все это побуждает Россию, Китай и США проявлять «пристальный» интерес к Казахстану.
Американцы используют гюленистов в Казахстане так, как они это делают в других странах с мусульманским населением.
В Казахстане действует свыше 30 школ Гюленистской террористической организации (Fethullahçı Terör Örgütü — FETÖ). В то время как гюленисты оказались изгнаны из Турции, они определили в качестве своих новых центров Казахстан, Албанию и Южную Африку. Школы и коммерческие связи сделали Казахстан благоприятной для гюленистов страной. Хуже всего то, что деятельность Гюленистской террористической организации практикуется в Казахстане не турками, а местными казахами, обученными и воспитанными в школах FETÖ».
Автор отмечал, что, согласно некоторым заявлениям, казахские гюленисты, прошедшие подготовку в школах FETÖ, проникли почти во все важнейшие сферы государственной деятельности, включая судебную систему, разведку, армию и полицию, и занимают там ключевые посты. По мнению Юнала, гюленисты в Казахстане коварным образом пытаются подорвать турецко-казахские отношения. И основными объектами такой подрывной деятельности являются совместные турецко-казахстанские структуры.
«Возможно, в Казахстане не вполне понимают природу вируса Фетхуллаха Гюлена. Вероятно, в этой стране власти оказались не в состоянии увидеть то, как FETÖ исподтишка прогрессировал до определенного этапа, как эта организация обретала способность расширяться, как ее представители захватывали экономику, средства массовой информации, военную и гражданскую бюрократию, и понять то, что может быть слишком поздно, когда все это обнаружится. Представляется очевидным то, что Турция и Казахстан должны более активно сотрудничать в деле противостояния этой общей угрозе. В противном случае они в Казахстане так же, как это было в Турции 15 июля прошлого года, могут попытаться за одну ночь взять власть над государством и страной. Той ночью Турция предотвратила государственный переворот с помощью Бога. Но Казахстану, возможно, не повезет настолько», ― писал Айдын Юнал.
11 января 2022 года после Январских событий в РК глава оппозиционной Партии националистического движения (ПНД) Турции Девлет Бахчели заявил о необходимости проведения оперативного и тщательного расследования причастности террористической организации Фетуллаха Гюлена к организации беспорядков в Казахстане. Соответствующее заявление турецкий политик озвучил на заседании фракции ПНД в турецком парламенте.
По его словам, нельзя упрощать причины трагических событий в Казахстане и связывать лишь с реакцией на негативные социально-экономические явления, в том числе ростом цен на сжиженный газ. Бахчели обратил внимание на недавнее решение о переименовании Тюркского совета в Организацию тюркских государств, и тот факт, что Казахстан является одним членов этой региональной структуры. По мнению политика, усиление интеграции в Тюркском мире напугало определенные круги.
«На мой взгляд, необходимо в срочном порядке провести тщательное расследование причастности организации «Параллельное государство» (FETÖ) к несанкционированным акциям в Казахстане. Турция - страна, которая как никто знает о том, как шпионская террористическая организация Гюлена может быть использована в качестве орудия в целевых странах. Проблема касается не только Казахстана. Это общая проблема каждого, кто считает себя тюрком», ― подчеркнул он.
Лидер ПНД призвал тюркоязычные страны поддержать Казахстан.
«Подобно тому, как мы стали единым целым с Азербайджаном в Карабахе, мы должны быть солидарны с Казахстаном. То, что сегодня произошло в Казахстане, завтра может быть опробовано в Турции. Организация тюркских государств вызывает страх у враждебных сил. Налицо заезженные шаблоны, близкие по смыслу заявления. Источники пропаганды и механизмы провокаций во многом схожи», ― добавил Бахчели.
Сходную позицию высказал и крымский политический эксперт и депутат Госдумы VII созыва Руслан Бальбек. Он заявил, что в беспорядках в Казахстане видна рука террористов Исламского государства, а управляют всем казахи, прошедшие обучение в Турции в учреждениях Фетхуллаха Гюлена.
С начала 1990-х годов в Казахстане действует сеть частных школ — казахско-турецкие лицеи, которые были открыты в свое время при поддержке официальной Анкары.
После неудавшегося госпереворота власти Турции призвали страны Центральной Азии присмотреться к своим учебным заведениям на предмет аффилированности с Гюленом.
В 2017 году на встрече Назарбаева и Эрдогана обсуждалась деятельность казахско-турецких лицеев в Казахстане. Назарбаев подчеркнул, что эти школы принадлежат Казахстану, занятия проходят на казахском, русском, английском и турецком языках, 90% преподавателей — казахстанцы, а лицеи финансируются местными властями. Он заверил, что Казахстан не поддерживает силы, действующие против Турции, но пообещал Эрдогану провести проверку.
Позже Назарбаев заявил, что турецкие педагоги не будут экстрадированы по требованию одного лишь президента Турции, поскольку их вина не доказана.
«Если вы представите какие-либо доказательства, подтверждающие их вину, мы их изучим. Мы просто не можем передать вам невинных людей, а также не можем взять их под стражу, не имея на то оснований. Это мое последнее слово, и это не подлежит обсуждению. Конец дискуссии», ― заявил Назарбаев.
И все-таки деятельность КТЛ вызывала много вопросов. Так, появилась статья, в которой эксперты попытались рассмотреть вероятность распространения идей Гюлена через лицеи. Ее авторы:
Нуриддин Султанмуратов, магистр социальных знаний по специальности «политология», эксперт Института азиатских исследований (Алматы, Казахстан)
Фатима Кукеева, доктор исторических наук, профессор кафедры международных отношений и мировой экономики Казахского национального университета имени аль-Фараби (Алматы, Казахстан);
Ермек Чукубаев, кандидат исторических наук, доцент кафедры международных отношений и мировой экономики Казахского национального университета имени аль-Фараби (Алматы, Казахстан);
Куралай Байзакова, доктор исторических наук, профессор кафедры международных отношений и мировой экономики Казахского национального университета имени аль-Фараби (Алматы, Казахстан).
Авторы отметили, что конкурентоспособность выпускников КТЛ свидетельствует о высоком качестве получаемых студентами знаний. В казахстанском обществе турецкие лицеи воспринимаются как элитарная сеть учебных заведений. Согласно статистике, лицеи занимают лидирующие позиции в республиканских рейтингах. Например, в 2017 году по итогам Единого национального тестирования все 27 действующих турецких лицеев вошли в список 100 лучших школ. В целом за все годы независимости ученики КТЛ составляли 70-80% всех казахстанских участников международных предметных олимпиад. В 2017 году 251 из 1400 выпускников этих учебных заведений был принят в самый престижный университет республики Nazarbayev University, который работает по западным стандартам и имеет собственную программу обучения на английском языке. Таким образом, из 700 поступивших абитуриентов более трети являлись выпускниками турецких школ.
Эксперты уточнили, что с началом острого конфликта между правительством Эрдогана и Фетхуллахом Гюленом турецкие власти стали оказывать давление на структуры, связанные с организацией Гюлена. В центре внимания оказались и функционирующие во многих странах подконтрольные движению турецкие школы, в том числе и казахско-турецкие лицеи.
Турецкие власти рассматривали КТЛ как часть сетевой структуры гюленистов «Хизмет», которые, в том числе и через образовательные структуры, воспитывают лояльные движению кадры. Анкара через дипломатические каналы обращалась к руководству других государств с просьбой закрыть учебные заведения гюленистского толка. Действия турецких властей вызвали бурные дебаты среди населения, в частности в социальных сетях. В центре обсуждения находился вопрос о возможной приостановке деятельности КТЛ в Казахстане. Местные власти публично отвергли подобный вариант развития событий. Представитель Министерства образования и науки заявила, что «на сегодняшний день вопрос о закрытии вообще не стоит».
Однако ситуация обострилась после попытки военного переворота в Турции в 2016 году, ответственность за которую власти официально возложили именно на сторонников Гюлена. В результате вопрос о деятельности КТЛ в Казахстане и отношении руководства страны к ним выдвинулся на первый план. Правительство РК должно было не только четче обозначить свою позицию, но и предпринять определенные действия.
«Тот факт, что первым иностранным главой государства, совершившим официальный визит в Турцию после попытки переворота, стал президент Казахстана, свидетельствует о поддержке РК официального курса Анкары. Свою поездку Н. Назарбаев объяснил словами «специально для того, чтобы поддержать моего брата Эрдогана и турецкое государство». Неудивительно, что турецкие лицеи стали одной из центральных тем переговоров. Во время пресс-конференции Н. Назарбаев заявил, что «это не в наших интересах — действовать против Турции. Мы достигли соглашения». В связи с этим казахстанская сторона пообещала выслать турецких преподавателей, связанных с движением Гюлена. Вскоре было принято решение о переименовании КТЛ в «Білім-Инновация Лицейі» (образовательно-инновационный лицей).
Несмотря на предпринятые казахстанскими властями меры, проблема идеологической направленности КТЛ остается открытой, так как лицеи продолжают успешно функционировать, формируя лояльную гюленистам будущую политическую и финансовую элиту Казахстана», ― говорилось в статье.
Ее авторы обратили особое внимание на то, что казахстанское общество недостаточно информировано о самом существовании движения «Хизмет» и о его деятельности на территории РК. Более того, отметили они, деятельность гюленистов недостаточно изучена представителями экспертного сообщества Казахстана, что может повредить аналитическому сопровождению государственной политики в области безопасности.
По словам экспертов, «Хизмет» позиционирует себя в качестве относительно умеренного религиозного течения, что позитивно выделяет его на фоне других исламских движений, которые в своем большинстве критически относятся к западным ценностям. Однако внутренняя структура движения имеет авторитарный характер, так как ее функционирование основано на строго иерархических началах и не допускает никакого коллегиального принятия решений. Каждый член «Хизмет» обязан выполнять любые указания руководства.
«Позиционирование себя в качестве умеренного движения положительно сказывается на имидже «Хизмет». Образовательные институты гюленистов действуют не только в странах с мусульманским большинством населения, но и на Западе. Сам Гюлен с 1999 года проживает в США, и турецкие власти последние несколько лет добиваются его экстрадиции оттуда. В 20 штатах США функционирует разветвленная сеть турецких школ, состоящая из 160 образовательных учреждений. В рамках обучения не ставится задача, связанная с прозелитизмом, то есть со стремлением обратить американских студентов в ислам. Исходя из философии «Хизмет», главной целью работы американских лицеев является формирование положительного образа, с одной стороны, Турции с ее собственной версией ислама, с другой — деятельности самого движения среди представителей других конфессий. Свою миссию движение видит в том, чтобы сделать ислам более привлекательным в глазах западного общества.
Гюленисты также рассматривают принадлежащие им школы в качестве важного источника дохода. Так, из американского бюджета на обеспечение образовательных заведений «Хизмет» ежегодно выделяется 150 млн долл. Как и в других странах, часть преподавателей — граждане Турции», ― говорилось в статье.
Эксперты напомнили, что несколько лет назад американские власти начали проверять деятельность школ движения, чтобы выявить случаи злоупотребления деньгами налогоплательщиков. Согласно журналистскому расследованию известного немецкого издания «Der Spiegel», последователи Гюлена в качестве пожертвования отдают движению 10% своих доходов. В некоторых случаях цифра может доходить и до 70%. Такие взносы не всегда делаются добровольно.
Также авторы привели слова самого Гюлена, обращенные к его сторонникам: «Вы должны двигаться по артериям системы, и так, чтоб вас никто не заметил, пока вы не доберетесь до всех центров власти... Пока не созреют условия, они (последователи) должны продолжать действовать в таком ключе... Вы должны ждать до тех пор, пока вы не получите всю государственную власть, пока вы не привлечете на свою сторону всю власть конституционных институтов в Турции».
Фактически, отметили авторы статьи, это выглядит как программа гюленистов по тихому захвату власти в стране.
«События, происходившие с начала 2000-х годов в Турции, указывают на то, что «Хизмет» так или иначе начал осуществлять свои планы. Сторонники движения были инфильтрированы в различные турецкие официальные органы, в особенности в судебную систему и правоохранительные структуры. Как считает С. Чагаптай, попытка военного переворота 2016 года была предпринята группой генералов, которые были, «по крайней мере частично аффилированы с движением Гюлена». Поэтому «Хизмет» нередко называют государством внутри государства. И, что важно, его последователи проявляют бóльшую лояльность движению, нежели своему собственному государству. При этом бороться против гюленистов очень сложно, так как их движение носит неформальный характер. Соответственно, никаких официальных регистрирующих документов о членстве в сообществе не существует и государству трудно выявить сторонников Гюлена. Несмотря на проведенную масштабную чистку кадров в государственных органах Турции после начала конфликта между правительством и движением, с большой вероятностью можно утверждать, что гюленисты все еще присутствуют в различных официальных учреждениях. В некотором смысле они находятся в режиме «спящих ячеек», которые при поступлении инструкции снова могут попытаться подорвать позиции действующего турецкого правительства», ― писали казахстанские специалисты.
В Казахстане Первые КТЛ открылись в 1992 году по инициативе президентов Нурсултана Назарбаева и Тургута Озала. В последующие годы сеть лицеев охватила все крупные города страны.
Справка:
Согласно хронике жизни Гюлена, опубликованной на его официальном веб-сайте, с 1959 по 1977 год он вел внешне простую, ничем не примечательную жизнь обычного имама. Отслужил в армии, работал в мечетях разных городов на различных должностях, совершил хадж. Но уже в 1977 году он читает проповеди в Стамбуле, на которых присутствуют премьер-министр Сулейман Демирель и министр иностранных дел Ихсан Сабри Чаглаянгиль. В 1980 году Гюлен встречается с лидером Партии Отечества Тургутом Озалом. Несмотря на приветствие и поддержку Гюленом организаторов военного переворота 1980 года, он, тем не менее, находился под подозрением новых властей. В 1992 году он встречается с президентом Турции Тургутом Озалом в США. С этого момента образ Гюлена кардинально меняется. Он предстает в виде авторитетного мусульманского богослова, филантропа, крупного общественного деятеля.
Авторы статьи писали, что для Анкары Казахстан и Центральная Азия в целом с ее глубокими культурными, историческими и политическими связями с Турцией является эффективной площадкой для продвижения своей «мягкой силы». Что касается самих гюленистов, то центральноазиатские страны рассматривались ими в качестве испытательного полигона для подготовки к расширению деятельности в транснациональных масштабах. Еще перед распадом советского государства многие гюленисты в различных городах Турции «готовили себя к покорению Центральной Азии».
«Сегодня Казахстан находится на второй после США строчке по количеству учебных заведений Гюлена. В республике действуют 30 лицеев, две международные школы, два колледжа и один университет имени Сулеймана Демиреля. Специально для управления этими образовательными институтами был создан фонд KATEV (Kazakhstan ve Türkiye Eğitim Vakfı), который полностью контролируется гюленистами. При этом лицеи работают по принципу раздельного обучения девочек и мальчиков, что по сей день распространено во многих мусульманских странах», ― писали эксперты.
К факторам, обеспечивающим высокие результаты казахско-турецких лицеев, следует отнести несколько особенностей. Во-первых, в соответствии с концепцией Гюлена о «золотом поколении» современных мусульман, в школу набирают самых перспективных и способных детей. Это достигается за счет конкурсной системы отбора. Проводятся тесты по различным предметам, в том числе и по казахскому языку, что дает преимущество детям из казахских школ. В лицеи прием проводится только после шестого класса. Логика состоит в том, что к этому моменту лучшие школьники уже успевают себя проявить. Следовательно, дети приходят в КТЛ уже относительно подготовленными. Школы работают в статусе школ-интернатов. В определенной степени, круглосуточное пребывание учащихся в учебном заведении также способствует повышению их успеваемости. Весь распорядок дня четко регламентирован и особый акцент делается именно на обучение и самообразование.
Во-вторых, КТЛ функционируют в автономном режиме. Несмотря на то что их программы обучения согласовываются с официальными государственными образовательными структурами, они сохраняют более индивидуализированный характер обучения, чем это предусмотрено общеобразовательными стандартами, в частности, в том, что касается выбора учебников. Такая ситуация позволяет лицеям гибко выстраивать образовательный процесс.
В-третьих, лицеи достаточно хорошо оснащены. Авторы утверждали, что фонд KATEV обеспечивал их всеми необходимыми ресурсами, а бюджет данной структуры формируется главным образом за счет финансовых вливаний движения, в том числе и за счет бизнеса.
В-четвертых, администрация КТЛ активно инвестирует в повышение квалификации учителей и их финансовую мотивацию. Помимо официальной зарплаты от Министерства образования и науки РК (сейчас ― Министерство просвещения) преподаватели лицеев получали от KATEV дополнительную стипендию, которая могла доходить до 230 тыс. тенге (средняя зарплата в Казахстане на начало 2020 года составляла 197 тыс. тенге). Другим стимулом для учителей может быть религиозная мотивация гюленистов, призывающая рассматривать свою работу как служение богу и обязанность верующего.
«Выбирают наиболее восприимчивых к идеям «Хизмет» учеников. Постоянное пребывание учащихся в интернатах также способствует данному процессу. Согласно результатам полевого исследования турецкого ученого Байрама Балджи, официальные сотрудники КТЛ сами прямо не занимаются миссионерством. В прямой контакт с детьми вступают так называемые abi, или «старшие братья», которые выполняют функцию духовных наставников, дают студентам базовые знания по исламу и учат их читать намаз. Одна из выпускниц лицея описывает религиозную ситуацию в лицее следующим образом: «Да, воспитатели использовали религию как инструмент воспитания, рассказывая нам различные поучительные притчи, не навязывая при этом какую-то конкретную религию. Многие выходят из стен лицея в платках, длинных юбках или более закрытых одеяниях, но это, опять же, только выбор конкретного человека».
Следует отметить сходство стратегии гюленистов и иезуитов Обе структуры делают акцент на продвижении собственных образовательных институтов, которые готовят элиту общества, что в перспективе открывает доступ к власти и влиянию в стране», ― отмечали авторы статьи.
Они сделали вывод, что проблема гюленизма в Казахстане не концептуализировалась, так как президент Назарбаев в своем выступлении подчеркнул, что школы ранее были переведены в доверительное управление Министерства образования Казахстана и не связаны с турецким исламским ученым Гюленом. Министерство образования РК сообщило, что турецкие власти не могут влиять на работу КТЛ, так как лицеи финансируются из государственного бюджета и работают по государственным образовательным стандартам.
«Хизмет» всегда отличался умением использовать СМИ как инструмент продвижения своих интересов. Принадлежавшая движению газета «Zaman» была самой популярной в Турции, пока ее не закрыли местные власти. Именно посредством этого издания доносилась точка зрения Гюлена по тем или иным вопросам. В случае с казахско-турецкими лицеями движение привлекло не только подконтрольную ему газету «Kazakhstan Zaman», но и возможности социальных сетей. Особая роль отводится общественным деятелям, в той или иной степени связанным с движением. Их задача состоит в поддержке и пропаганде деятельности КТЛ. Так, член попечительского совета одной из школ движения, экономист Олжас Худайбергенов заочно дискутировал с турецкими официальными лицами. Он написал открытое письмо к турецкому послу в РК, где выразил несогласие с его аргументами по поводу образовательной деятельности гюленистов в Казахстане», ― писали эксперты.
По их словам, анализ идеологических установок КТЛ в Казахстане показывает, что заявленную в статье проблематику следует секьюритизировать и рассматривать как источник рисков для безопасности общества и государства в целом. Индикаторами рисков являются следующие факторы: идеология гюленизма, все еще присутствующая в КТЛ; эффективные механизмы распространения идей и привлечения сторонников и сочувствующих; распространение религии посредством «мягкой силы»; сам характер проповедуемого ислама.
«…Вопрос функционирования КТЛ не является чисто образовательным. Совершенно справедливо рассматривать их как инструмент подготовки лояльных идеям гюленизма представителей казахстанской элиты. В условиях присутствия различных течений ислама в Казахстане было бы ошибочно рассматривать в качестве приемлемого варианта Гюленову версию ислама, претендующую на открытость для науки и модернизированность.
На наш взгляд, предпринятые государством меры по реорганизации КТЛ недостаточны для управления рисками. Так, изгнание турецких преподавателей не решило саму проблему. В лицеях все еще работают преподаватели-турки, а привлеченные в качестве преподавателей казахи из числа бывших выпускников лицеев остаются сторонниками идей движения Гюлена», ― сделали вывод казахстанские эксперты.
В качестве риска, по их мнению, также следует рассматривать практическое отсутствие аналитического сопровождения государственной политики в вопросах идей гюленизма. В отечественной литературе практически не обсуждается роль гюленизма и его влияние на общественную и религиозную жизнь казахстанского общества.
«Независимо от степени участия движения в исламском прозелитизме и пропаганде тюркизма, оно несет риски для целого ряда процессов (национального строительства, самоидентификации нации, формирования национальной идеи, а также для поддержания межконфессионального мира, безопасности и стабильности общества) в стране. Вмешательство движения Гюлена в эти процессы может грозить казахстанскому обществу конфликтами и нестабильностью», ― резюмировали авторы статьи.